| |
|
|
Здравствуй, Коба! Давно не виделись
|
Александр Рыклин
№150, 21.1.2005
|
|
|
(Фото: amstd.spb.ru)
|
Как-то неожиданно из всех щелей попер Сталин. Причем щели эти образовались одновременно чуть не по всей стране. Что называется — «от Москвы до самых до окраин». Cо столицы и начнем. Сразу приведу цитату из Олега Толкачева, представителя Москвы в Совете Федерации: «В Москве на Поклонной горе будет установлен памятник лидерам трех держав… В том числе и Иосиф Сталин там будет присутствовать…» Позже, когда начался скандал, важный столичный чиновник заявил, что его, дескать, «не так поняли».
Как меня все-таки умиляет эта дивная формула, изобретенная каким-то изощренным чиновным мозгом, которая позволяет вслух произносить все, что душе угодно. Стоит только потом, потупив глаза, промямлить «меня не так поняли», и все сказанное как бы уже и не считается.
А что, позвольте спросить, фразу «В том числе и Иосиф Сталин будет там присутствовать» можно толковать по-разному? Тогда г-н Толкачев должен объяснить как. Если, к примеру, вместо «Иосиф Сталин», следует понимать «Клара Цеткин», то пусть прямо так и скажет. В общем, не надо делать из нас идиотов! Мы услышали, что услышали. Попробуем это как-то оценить.
Как только стало известно, что столичные власти собираются осчастливить нас новым памятником вождю всех времен и народов и прощупывают по этому случаю почву, так тут же и выяснилось, что монумент уже практически готов. И сваял его не кто-нибудь, а — вы уже и сами догадались — разумеется, Зураб Церетели. Так вот мне интересно: что, Толкачев с Церетели о своих планах украсить площадь на Поклонной горе Лужкову не рассказали? Так быть не может. Следовательно, эта инициатива либо поддержана Юрием Михайловичем, либо просто ему принадлежит. Теперь вопрос: с чего это вдруг Лужкову пришла в голову такая экзотическая идея? Он что, так любит Сталина? Посмею предположить, что нашему градоначальнику Сталин до лампочки. А вот что ему точно не до лампочки — так это, как к нему относятся в Кремле. Вроде бы известно, что плохо относятся. Ну так, может быть, Юрий Михайлович надеется эти отношения улучшить? Тем более что попытка задобрить кремлевских начальников таким способом уже предпринималась. Вспомнили историю с памятником Дзержинскому, когда Лужков некоторое время назад предлагал вернуть его на одноименную площадь? Тогда это предложение верховной властью с возмущением и, я бы даже сказал, с некоторой брезгливостью было отвергнуто. Тогда Лужкову ясно дали понять — святое не замай. Уж если мы захотим вернуть Железного Феликса на место, то обойдемся как-нибудь без вас, многоуважаемый московский мэр. Но раз Лужков опять выступил с подобной инициативой, то он, надо думать, понимает, что делает. Другими словами, рассчитывает, что на этот раз его порыв будет воспринят с одобрением и благосклонностью. И в этом случае даже не важно, появится ли Сталин на Поклонной горе. Важно, чтобы посылаемый сигнал был правильно понят.
Вот, скажем, дагестанские коммунисты уже установили на площади возле железнодорожного вокзала Махачкалы мемориальную доску Сталину. Неужели мы верим в то, что, если бы главе Дагестана Магомедали Магомедову позвонили из Москвы и сказали, что этого делать не следует, доску все равно установили бы? Да никогда в жизни. Более того, ни секунды не сомневаюсь в том, что Магомедов был уверен в благосклонной реакции Москвы. Как и его белгородский коллега, в вотчине которого тоже лелеют планы по увековечиванию памяти великого кормчего.
Словом, тенденция. И указывает она только на то, что региональные бароны давно поняли: любая инициатива по реанимированию имени Сталина, несомненно, найдет поддержку в Кремле. Пусть пока и негласную. И раз в Махачкале уже есть памятник, то значит, со временем он появится и в Москве, и в Белгороде, и далее со всеми остановками. Если мы, конечно, согласимся с такой перспективой.
[an error occurred while processing this directive]
|
|
