Реформа РАН
17 декабря 2017 г.
Мединский и Институт наследия
Нажмите на картинку, для того, чтобы закрыть ее

Российская наука оказалась в системном кризисе. Действия «эффективных топ-менеджеров» способствуют ее деградации. Их прессинг затронул не только академические сферы, не только Минобрнаки, но и ведомство господина Мединского. Об этом свидетельствует, в частности, ряд скандальных увольнений в Российском научно-исследовательском институте культурного и природного наследия, находящегося в ведении Минкульта.

Основатель института Юрий Веденин попал под раздачу первым. Он всегда выступал против излишней коммерциализации культурного наследия. И эта его принципиальная позиция встала кое-кому поперек горла. Веденина сначала переместили из директоров в главные научные сотрудники, а затем вынудили уйти.

Институт стал стремительно меняться. Ему навязали цензурные функции, закрыли многие важные направления. В частности, подразделения, занимавшиеся усадебной культурой, краеведением, комплексными региональными программами охраны наследия, редакционно-издательской деятельностью.
Настоящие ученые вынуждены были искать другое место применения своих творческих сил. Так, был уволен руководитель подразделения, занимавшегося комплексными исследованиями и проектированием исторических территорий Центрального региона России Сергей Чернов. Он выразил несогласие с политикой Минкульта по организации достопримечательного места «Древний Радонеж». Страшный криминал! За ним последовал замдиректора по научной работе и руководитель подразделения комплексных региональных программ по сохранению наследия Павел Шульгин.
Примеры легко множить. Вот последний случай. Новый директор института Арсений Миронов, большой, к слову, специалист по освоению финансовых потоков, уволил за прогулы завотделом культурных ландшафтов и традиционного природопользования Марину Кулешову. Дело, конечно, не в прогулах. Просто в последнее время Кулешова опубликовала ряд откровенных текстов о ситуации в подведомственном Минкульту учреждении.

В частности, она писала о том, что кадровая политика института вызывает большие вопросы. В открытом письме Кулешова вместе со своими коллегами спрашивает у новоиспеченного директора: «Куда подевались бюджетные средства, выделявшиеся Институту в 2013-2014 гг., когда в Институте администрировал П.Е. Юдин? Что за специалисты числятся теперь в Институте и как их оплата соотносится с их вкладом в научные исследования Института? Где и кто применяет результаты их исследований? Каким образом люди без должной квалификации и опыта назначаются руководителями научных направлений? Каким образом по указанию дирекции в научные подразделения Института зачислялись подставные лица без ведома руководителей научных подразделений, и кто ответит за финансовые расходы по их содержанию в ущерб работающим членам коллектива? Кому и за какие заслуги перед Отечеством выплачивались заработные платы и премии в сотни тысяч руб.?».

Миронов убрал со своего пути ненужную свидетельницу своих «подвигов». Замечательна формулировка увольнения: «за прогул». Под прогулом понимается работа ученого вне стен института: в библиотеке, в архиве, в полевых условиях.

При Веденине в Институте наследия было два присутственных дня. С наступлением совка все рабочие дни недели стали присутственными. Но, поскольку Кулешова не давала своего согласия на изменениеусловий бессрочного трудового договора в части режима работы, ссылка на который зафиксирована в трудовом договоре, то она продолжала свою профессиональную деятельность в прежнем ритме.

Об этом можно было бы вовсе не говорить, если бы в действиях Миронова не просматривалась общая тенденция «эффективного руководителя» наукой: построить всех по ранжиру, установить жесткий режим, а само содержание работы заболтать, отдать его на откуп пиару.

Увы, дирекция института, претендуя на роль вершителя судеб всемирного наследия, рубит сук, на котором сидит. Недавно руководство заявило о работе учреждения по новой номинации «Заповеданное Кенозерье». И при этом умудрилось уволить всех пятерых сотрудников, которые конкретно занимались этим направлением.

Ведомство Мединского сотрясают скандалы. Внимание общества привлекли, прежде всего, весенние события, связанные с финансовыми махинациями в министерстве. Понижение уровня науки в подведомственном Минкульту заведении, конечно, не так бросается в глаза. Но и эта история требует общественного внимания.

Фото: Александр Щербак/ТАСС












  • Анна Дыбо: Скорее всего продолжается старая аппаратная игра, или спецоперация, являющаяся, в конечном итоге, рейдерским захватом.

  • АБН: На прошлой неделе академик Владислав Панченко попросил отложить выборы главы РАН на полгода и за это время описать в уставе более прозрачную процедуру.

  • Dmitry Zagubny: Ну как же, такие деньги и частично мимо "Озера", непорядок! Не могу подобрать приличных слов

РАНЕЕ В СЮЖЕТЕ
Академики добились уважения власти и проиграли сами себе
2 ОКТЯБРЯ 2017 // ОЛЬГА ОРЛОВА
26 сентября директор Института прикладной физики РАН Александр Сергеев выиграл выборы президента РАН с очевидным перевесом над соперниками. Уже на следующий день его утвердил в выбранной должности Владимир Путин. Тем самым была подведена черта почти детективной истории, которая завершилась победой академиков во всех смыслах. Они выбрали «своего» президента и «свой» президиум. Но хорошо ли это? История выборов президента РАН выходит за рамки кадровых академических перестановок. Поэтому ее подробности важно знать не только тем, кто следит за российской наукой.
Владимир Путин обиделся на академиков и все им ущемил
21 МАРТА 2017 // АЛЕКСАНДР РЫКЛИН
Сегодня какой-нибудь профильный клерк в АП просматривает заголовки статей и ухмыляется: «Скандал вселенского масштаба», «Колоссальный скандал», «Академикам запретили выбирать». «Какие же они трепетные эти наши генералы науки, раскудахтались-то как, — недоумевает наш клерк. — А всего-то — перенесли на несколько месяцев выборы президента. Подумаешь, несчастье…» Действительно, «ведь не в тюрьму и не в Сучан, не к высшей мере, и не к терновому венцу колесованьем, а как поленом по лицу — голосованьем»… Впрочем, голосованья-то как раз и не было. Его отменили по настоятельной просьбе вышестоящей организации.
Прямая речь
21 МАРТА 2017
Анна Дыбо: Скорее всего продолжается старая аппаратная игра, или спецоперация, являющаяся, в конечном итоге, рейдерским захватом.
В СМИ
21 МАРТА 2017
АБН: На прошлой неделе академик Владислав Панченко попросил отложить выборы главы РАН на полгода и за это время описать в уставе более прозрачную процедуру.
В блогах
21 МАРТА 2017
Dmitry Zagubny: Ну как же, такие деньги и частично мимо "Озера", непорядок! Не могу подобрать приличных слов
Научпоп как зона внутренней эмиграции
24 ФЕВРАЛЯ 2016 // ОЛЬГА ОРЛОВА
Премия Министерства образования и науки «За верность науке» вручается лучшим популяризаторам всего второй год. Но даже за этот короткий срок в области научпопа произошло столько взаимоисключающих вещей, что само по себе выводит эту область за рамки традиционной специализированной журналистики. Научная журналистика и научно-популярные проекты и акции стали настолько заметным явлением в нашей интеллектуальной среде, что к ним обратились даже те, кто далек от сферы науки. В течение одного года сначала Дмитрию Зимину, основателю фонда «Династия», министр образования и науки вручает специальную премию за меценатство и поддержку науки, а через девять месяцев фонд, проработавший с невероятной эффективностью десять лет, закрывается в связи с присвоением ему Минюстом статуса иностранного агента. А еще через месяц на церемонию премии «Просветитель», основанную тем же Дмитрием Зиминым, собирается оппозиционный бомонд.
Реформа без бенефициара
8 ИЮНЯ 2015 // ОЛЬГА ОРЛОВА
Реформа науки, объявленная летом 2013 г., только теперь началась по-настоящему. Министерство образования и науки и Федеральное агентство научных организаций подготовило пакет документов, который в корне изменит научный ландшафт России. Количество ученых сократится в три раза, а последним «камикадзе» будут давать задание чиновники. Об этом говорили участники Третьей конференции научных работников, прошедшей в Москве. Все началось в июне 2013 года, когда правительство представило проект закона о Российской академии наук, который вызвал шок даже у самых активных сторонников реформы.
Верной дорогой идете, товарищи!..
17 ИЮЛЯ 2014 // ЕВГЕНИЯ ХОДОРОВА
Итак, свершилось. Минкульт официально признал, что убийство Российского института истории искусств – штука не случайная, а тщательно продуманная и успешно осуществленная. Проделанная, иными словами, отнюдь не горе-исполнителями по святой наивности и малограмотности, а в полном соответствии с планом. Покуда научное сообщество с выпученными от ужаса глазами наблюдало, как буквально на улицу выгоняют ученых, взамен набирая откровенных дармоедов с огромнейшими окладами, как ликвидируется масса научных направлений, а в коллективе ведется ничем не прикрытый подкуп и растление слабых, Минкульт радостно потирал ручки.
Российская наука: жизнь после реформы РАН
27 МАРТА 2014 // ИГОРЬ ХАРИЧЕВ
Российская наука, несмотря на все старания чиновников, еще существует. Можно сказать, что пациент скорее жив, хотя условия для его существования весьма неблагоприятные. Да, престиж ученого у нас недопустимо низок, однако остались люди, для которых научный поиск представляется самым важным делом. Именно научное сообщество думает о том, как спасти отечественную науку. И единственный плюс от крайне сомнительной реформы Российской академии наук, отдавшей научные институты под полное управление чиновников, это то, что реформа сплотила научное сообщество, заставила действовать в непривычной сфере, близкой к науке, но наукой не являющейся — создать общественную организацию, отстаивающую интересы ученых и отечественной науки.
Из всех искусств важнейшим для нас является «продать»
20 ФЕВРАЛЯ 2014 // ЕВГЕНИЯ ХОДОРОВА
А что, у кого-то есть на этот счет сомнения? Отбросьте их. У лиц, приставленных опекать отечественное искусство, а заодно и науку о нем, иных задач, нежели продать и продаться, теперь нет. Ну разве что еще, по давней-предавней привычке, солгать, оболванить и кинуть. Скорбные голоса тех, кто смеет роптать и напоминать об иных его целях, не измеряемых в рублях/долларах/евро, тонут во мраке, сгустившемся отнюдь не над одним конкретным театром, институтом либо городом — над страной. Которая пока что, скорее всего, и не осознает, на краю какой бездны стоит. И какими последствиями чревато дело вроде бы сугубо локальное — разгром всех пяти искусствоведческих институтов в Москве и Санкт-Петербурге и Академии русского балета.