В оппозиции
23 апреля 2019 г.
Михаил Ходорковский обнародовал цель и пути ее достижения

ТАСС

Итак — строительство российской гражданской нации. Вот, к чему призывает двигаться Михаил Ходорковский, человек, который не скрывает своих амбиций принять в этом строительстве самое непосредственное участие, а возможно даже — его возглавить. В первую очередь именно поэтому его очередная программная статья, опубликованная 1 марта, представляет для нас несомненный интерес. Ключевой тезис заявления (а возможно — и манифеста) декларировался Михаилом Борисовичем уже не раз, но актуальности очевидным образом не утратил, раз автор считает необходимым периодически к нему возвращаться. Формулируется он примерно так: транзит власти неизбежен. Но в процессе придется решать две основные задачи. Во-первых, он, этот самый транзит, должен быть бескровным, а во вторых, в результате власть должна оказаться в правильных руках. Не являюсь сторонником пространных цитат, но тут без нее явно не обойтись: «Для решения задачи бескровного транзита власти нам нужно начать думать вместе. Кому это «нам»? Нам — «русским европейцам», тем, кто решил работать на нынешнюю власть в надежде, что это меньшее зло, и тем, кто порвал с ней всякие контакты, считая это не достойным. «Лоялистам» и «непримиримым», сторонникам большей роли государства в экономике и приверженцам либеральных идей, тем, кто за «крымнаш», и тем, кому произошедшее совсем не нравится».

Ну, знаете, если альянс с Кудриным, Шуваловым, Грефом и Чубайсом (я никого не забыл?) действительно позволит избежать кровопролития во время активной фазы обрушения нынешнего режима, то мне невозможно представить себе вменяемых представителей российской оппозиции, которые от такого альянса откажутся. Но вот тут-то и возникают определенные сомнения. В чем для оппозиции может состоять ценность так называемых «системных либералов»? В том, что в «час икс» они используют накопленный за время верного служения путинскому режиму административный ресурс (например, заручившись поддержкой некоторой части силовиков), чтобы минимизировать риски реального гражданского конфликта. Но если эта их возможная роль не вызывает сомнений, то в чем смысл проведения каких-то совместных конференций и круглых столов на предварительном этапе? (А эта идея так же присутствует в обсуждаемой нами статье Михаила Борисовича.) Предположим, условный Чубайс или конкретный Греф сядут в Лондоне за один стол с Ходорковским, Навальным, Каспаровым, Касьяновым и т.д. и начнут содержательный разговор о будущем России. И в тот же самый день против каждого из них в упомянутой выше России будет возбуждено по сорок восемь уголовных дел. Но нам-то в «час икс» нужен Шувалов, который вице-премьер и сохраняет определенные рычаги управления и влияния, а Шувалов, который сидит в Лондоне или в Лефортово, нам зачем? Какой от него прок, кроме, извините, репутационного геморроя?

Необходимость консолидации людей с разными взглядами г-н Ходорковский объясняет следующим образом: «Испуганно открещиваясь от доброжелательных контактов с неприемлющими нынешнюю ситуацию в России людьми, можно продемонстрировать лояльность Кремлю, но потерять перспективу. И точно так же — придерживаясь самой принципиальной и самой крайней точки зрения, отказываясь от сотрудничества с более умеренными, можно быть великим публицистом (что тоже важно), но это не поможет в достижении поставленной цели — реальном преобразовании России».

Готов согласиться. Только в условиях, когда никакого Кремля (в его нынешней ипостаси) уже не будет, люди сами получат возможность выработать отношение к той роли, которую те или иные политики сыграли в становлении путинской корпорации, в ее укоренении во власти. Потому что, когда СМИ получат реальную независимость, роль эта детальнейшим образом будет описана. По моему глубочайшему убеждению, никакая искусственная консолидация общества с формальным сглаживанием углов результата не даст. Люди сначала должны узнать правду, потом выработать свое отношение к услышанному и сформировать позицию. Очевидно же, что первая свободная кампания по выборам в новый российский парламент пройдет под знаком ревизии предыдущего царствования, хотим мы этого или нет. Потому что так устроена свободная политическая жизнь. И внутри этой кампании те, кто против аннексии Крыма, и те, кто счастлив возвращению полуострова в «родную гавань», окажутся непримиримыми антагонистами. Я, кстати, вторых не готов признавать «русскими европейцами». Отношение к захвату Крыма — не ситуационная позиция, а базовая. Что же касается ограничительных мер в отношении нынешних путинских чиновников, то обсуждать сегодня масштаб будущей люстрации, конечно, рано. Люстрация, как и выработка индивидуального отношения к тем или иным представителям нынешнего путинского истеблишмента, возможна только после самого широкого и подробного разговора о деталях и нюансах почти уже двадцатилетнего путинского правления, после которого необходимость и даже безальтернативность люстрации станет, как мне кажется, очевидной для большей части ответственного общества.

Что же касается кулуарных переговоров с путинскими системными либералами, то я двумя руками — за. Конечно, важно, чтобы нашелся человек, который в ключевой момент отопрет дверь изнутри, и ее не придется взрывать. Давать определенные гарантии этим людям — несомненно, но обсуждать с ними будущее устройство России — зачем?    


Фото: Yves Logghe/АР/TASS












  • Алексей Макаркин:  Проблема таких протестов в том, что они скорее фиксируют наличие активного и молодого слоя людей, которые недовольны... Но возникает вопрос, а что дальше?

  • Lenta.ru: В акции за свободный интернет на проспекте Академика Сахарова в Москве приняли участие около 6,5 тысячи человек, сообщает пресс-служба столичного главка МВД.

  • Жуковский Владислав: Когда против антисоциальных реформ и репрессивных законов выйдут полмиллиона, ситуация изменится.

РАНЕЕ В СЮЖЕТЕ
Уже нечего согласовывать и не с кем согласовывать
11 МАРТА 2019 // АЛЕКСАНДР РЫКЛИН
В оппозиционной среде дискуссия о том, стоит ли испрашивать у властей разрешение на проведение массового протестного мероприятия, не утихает который год. Аргументы противников «прогулок в загоне» более чем убедительны. Оспорить тезис, что просить дозволения на то, на что имеешь право по Конституции и другим законам, унизительно, крайне трудно. Кроме того, сторонники несанкционированных акций утверждают, что подобного рода практика — походы в мэрию за заветной бумажкой — только снижает накал оппозиционной борьбы и, следовательно, играет на руку властям.
Прямая речь
11 МАРТА 2019
Алексей Макаркин:  Проблема таких протестов в том, что они скорее фиксируют наличие активного и молодого слоя людей, которые недовольны... Но возникает вопрос, а что дальше?
В СМИ
11 МАРТА 2019
Lenta.ru: В акции за свободный интернет на проспекте Академика Сахарова в Москве приняли участие около 6,5 тысячи человек, сообщает пресс-служба столичного главка МВД.
В блогах
11 МАРТА 2019
Жуковский Владислав: Когда против антисоциальных реформ и репрессивных законов выйдут полмиллиона, ситуация изменится.
Марш Немцова. Почему люди пришли. Почему не все
25 ФЕВРАЛЯ 2019 // АЛЕКСАНДР РЫКЛИН
Если рискнуть абстрагироваться от эмоциональной составляющей этих ужасных «немцовских дней», которые мы переживаем уже пятый год… (Хотя, впрочем, я вовсе не уверен в целесообразности и даже возможности такого психологического эксперимента…) Но если все же попробовать взглянуть на ситуацию, убрав за скобки ее трагический контекст, то картина вырисовывается следующая. «Марш Немцова» — последняя массовая акция оппозиции, которую власть согласовывает, фактически не корректируя заявку организаторов. Однозначного ответа на вопрос, почему это происходит, нет. Не исключаю, что четыре года назад от верховного правителя поступило твердое указание «не препятствовать им в день памяти Немцова»...
Прямая речь
25 ФЕВРАЛЯ 2019
Дмитрий Орешкин:  На марше было гораздо меньше демонстративных автозаков, вертолётов и прочего. И людей прошло побольше, чем 10 тысяч, но не в 5 раз, примерно — 15-20 тысяч.
В СМИ
25 ФЕВРАЛЯ 2019
Газета.RU: В центре столицы прошел согласованный марш памяти оппозиционного политика Бориса Немцова, который был убит четыре года назад на Большом Москворецком мосту. ...В акции приняли участие... 10,8 тыс. человек.
В блогах
25 ФЕВРАЛЯ 2019
vodolei 13: Ну, что сказать : народу было меньше, чем по сути нынешней ситуации должно бы быть, но больше, чем я ожидала.
Репрессии властей должны натыкаться на сопротивление граждан
11 ФЕВРАЛЯ 2019 // АЛЕКСАНДР РЫКЛИН
По данным информационных агентств, в минувшее воскресенье Марш разгневанных матерей прошел более, чем в двух десятках российских городов. Наиболее массовые и заметные акции состоялись в Москве и Санкт-Петербурге, но люди стояли в пикетах и во Владимире, и в Орле, и в Ростове. В первой столице по бульварам от Новопушкинского сквера до Кропоткинской прошло около тысячи демонстрантов. Если в Москве полиция вела себя достаточно лояльно и спокойно (было задержано всего несколько человек, в основном, после провокаций прокремлевских активистов), то в Питере стражи порядка реагировали жестче. 
Прямая речь
11 ФЕВРАЛЯ 2019
Дмитрий Орешкин: Стоит ли гнобить дальше или не проявлять избыточного зверства? Чем раздрай в верхах кончится, непонятно, но он уже начинает ощущаться.