«Дела» Навального
18 августа 2018 г.
Итоги недели. Зачем сегодня путинизм с человеческим лицом
4 АВГУСТА 2017, АЛЕКСАНДР РЫКЛИН

Евгений Фельдман

Конец уходящей недели ознаменовался судебными сюрпризами. Все прогрессивное человечество напряженно замерло в ожидании очередных длительных административных сроков для Алексея Навального и лидеров его штаба, однако дело (вернее — дела) завершилось космическими штрафами. Прогрессивное человечество с облегчением вздохнуло и тут же постановило материальные потери оппозиционерам возместить. В любом случае, я поздравляю Алексея Навального, Леонида Волкова и Николая Ляскина с таким исходом судебной эпопеи. В тюрьме плохо, и коли в этот раз удалось ее избежать, значит, есть чему радоваться…

Если бы, например, какая-нибудь редакция поручила написать репортаж о пятничных событиях в Симоновском суде Москвы своему спортивному комментатору, то он имел бы все основания начать заметку словами: «На редкость слаженно в этот раз выступила команда местных судей!»...

Честно признаюсь, что шутить на тему отечественной судебной системы у меня уже не поворачивается язык. Мы все прекрасно знаем, что гражданам России приходится нынче обходиться без нее. Впрочем, если раньше представители государства, задействованные в процедуры, которые мы по недоразумению все еще называем судебными, пытались делать вид, что действуют в рамках закона, то нынче эти смешные формальности уже никто не соблюдает. Чем, если не предварительным сговором, можно объяснить, что в мотивировочных разделах всех трех решений содержится формулировка, способная поразить любого, кто хоть раз в жизни знакомился с сутью претензий, предъявляемых оппозиционерам в рамках административных дел в последние годы? Так вот, и Навального, и Волкова, и Ляскина три разных судьи обвинили в том, что они призывали «к участию в скрытой форме публичного мероприятия». Описывая «агитационный уикенд», что ФБК проводил 8 и 9 июля, трое судей Симоновского суда, не сговариваясь (ха-ха-ха!!!), применили фактически медицинский термин. Потому что «скрытые формы» бывают у заболеваний, а про то, что и публичные мероприятия порой проходят в скрытой форме, я, например, слышу впервые.

Но это все, повторю, детали довольно тривиальные — а то до вчерашнего дня мы с вами не знали, что наши суд подконтрольны власти! А вот порасспросить сведущих людей про то, что они думают по поводу мягкости наказания (штрафы вместо длительных арестов), мне показалось интересным. Потому что все указывало на то, что в сложившейся ситуации в отношении Навального и Ко. будет применяться одна стратегия — максимальный прессинг, но до известного предела. (То есть новое уголовное преследование в отношении Навального может быть инициировано только по высочайшему распоряжению, зато в рамках Административного кодекса мочим вражину так, чтобы голову из окопа высунуть не смел…) И вдруг Симоновский суд отказывается от высшей меры в рамках инкриминируемой статьи!

Мой собеседник, который еще совсем недавно принимал активное участие в реализации нашей внутренней политики, этот парадокс объяснил следующим образом: «Данный приговор не что иное, как весьма наглядная демонстрация аппаратных возможностей Сергея Владиленовича Кириенко. Его же игра понятна: убедить Путина, что стратегия выжженной земли, несмотря на постоянно ухудшающуюся ситуацию на Западном фронте, все равно не лучшая. С моей точки зрения, кстати, сомнительный тезис. Сейчас нужно демонстрировать решительность, а не слабость, но у Кириенко другой игры в принципе нет. Потому что, если мы тут поливаем веером от пуза, он на фиг Путину не нужен. Есть получше него поливальщики… А вот если частичная видимость демократического государства, в котором крокодилы едят оленят каждый день только по высочайшему дозволению, сохраняется, тогда мы готовим президентскую кампанию 2018 года в границах гуманистических концепций, а не одного лишь тупого давления на несогласных. Так вот в рамках данной стратегии Навального не надо все время держать в спецприемнике — это, дескать, может вызывать обратную реакцию. Давайте, как бы говорит Кириенко (а может, действительно говорит), создавать видимость конкурентной политической среды. Это снизит напряжение в обществе и не позволит легко разруливаемым локальным экономическим протестам слиться в единый политический… В ситуации с Симоновским судом Кириенко важно было продемонстрировать, что он влиятельный сановник, способный эффективно использовать традиционно силовой инструментарий. В данном случае — суд. И у него несомненно это получилось».

Мне нет совершенно никакого дела до аппаратных побед или поражений г-на Кириенко. Нынче любой сюжет, так или иначе связанный с ситуацией в близких к Путину сферах, мы должны рассматривать, как мне представляется, с единственной точки зрения — укрепляет ли он режим или способствует его дальнейшему расшатыванию. По-моему, сегодня любая драка наверху приближает схлопывание всей властной конструкции. А кроме того, не будем забывать, что по итогам пятничных судов Навальный со товарищи находятся на свободе. Что само по себе самоценно…


Фото: Евгений ФЕЛЬДМАН для проекта "Это Навальный"
















  • Леонид Гозман: Российская власть не хочет признавать существование над собой какого-либо закона вообще. В этом смысле любое решение ЕСПЧ будет оскорбительно для Российской Федерации.

  • BFM.RU: В Верховном суде адвокаты Алексея и Олега Навальных настаивали на прекращении дела в связи с отсутствием состава и события преступления.

  • Алексей Навальный: Ха, вы же помните, как Путин и его депутаты разрабатывали целую схему «как нам не исполнять решения ЕСПЧ».

РАНЕЕ В СЮЖЕТЕ
Верховный суд РФ — верный страж правящего режима
26 АПРЕЛЯ 2018 // АЛЕКСАНДР РЫКЛИН
Осенью прошлого года Европейский суд по правам человека постановил, что приговор братьям Навальным по делу «Ив Роше» «произвольный и необоснованный», а главное — обвинил Россию в нарушении 7-й статьи Конвенции о защите прав человека. То есть ЕСПЧ констатировал, что решения по тому делу были вынесены «не исключительно на основании Закона». Другими словами, признал, что суд тот был политически мотивирован. После этого Алексей Навальный подал заявление в наш Верховный суд, требуя отмены неправовых решений, по которым его брат Олег отбывает реальный срок в одной из колоний Орловской области, а сам он, будучи осужденным условно, оказался лишен пассивного избирательного права.
Прямая речь
26 АПРЕЛЯ 2018
Леонид Гозман: Российская власть не хочет признавать существование над собой какого-либо закона вообще. В этом смысле любое решение ЕСПЧ будет оскорбительно для Российской Федерации.
В СМИ
26 АПРЕЛЯ 2018
BFM.RU: В Верховном суде адвокаты Алексея и Олега Навальных настаивали на прекращении дела в связи с отсутствием состава и события преступления.
В блогах
26 АПРЕЛЯ 2018
Алексей Навальный: Ха, вы же помните, как Путин и его депутаты разрабатывали целую схему «как нам не исполнять решения ЕСПЧ».
Навального можно не любить. Но нельзя не поддерживать
18 СЕНТЯБРЯ 2017 // АЛЕКСАНДР РЫКЛИН
После того, как несколько месяцев назад огромное число людей откликнулось на призыв Алексея Навального и вышло на несанкционированные акции в столице, вряд ли стоит удивляться тому, что и в тех городах, где он проводит «предвыборные мероприятия», на них приходят тысячи его сторонников. Это, кстати, очень убедительный ответ тем, кто в свое время говорил и писал, что Навальный, дескать, исключительно про Москву. Ну, может, еще и про Питер, а российской глубинке он глубоко безразличен. Тысячи людей, вышедшие на встречи с Навальным, что в минувшие выходные прошли в Мурманске, Екатеринбурге и Омске, опровергают этот тезис самым решительным образом!
Прямая речь
18 СЕНТЯБРЯ 2017
Дмитрий Орешкин: Его задачей является показать, что он сильнее всей псевдоправовой структуры, построенной в путинской России. То, чем он занят сейчас – это задел на будущее. 
В СМИ
18 СЕНТЯБРЯ 2017
Интерфакс: Представители предвыборного штата Алексея Навального сообщили о самом крупном митинге в истории Омска. 
В блогах
18 СЕНТЯБРЯ 2017
Natalia Gevorkyan: Навальный проводит кампанию западного образца. Хорошая тренировка
У Кремля нет стратегии борьбы с Навальным
10 ИЮЛЯ 2017 // АЛЕКСАНДР РЫКЛИН
Весь конец прошлой недели и минувший уикенд власть проигрывала Алексею Навальному в каждой точке их соприкосновения. Это несмотря на то, что давление на оппозиционного политика заметно растет и принимает все более репрессивный характер. И даже в Гамбурге Владимир Путин перед Алексеем Навальным спасовал. На пресс-конференции, посвященной итогам саммита G-20, на которой журналист американского телеканала CBS задал Путину прямой вопрос о нежелании последнего произносить вслух имя оппозиционера Навального, тот сказал буквально следующее: «Мы можем иметь диалог, особенно такого уровня, как президентский и правительственный, с людьми, которые предлагают конструктивную повестку дня. Даже критического характера. А если речь идет только о том, чтобы привлечь к себе внимание, то это неинтересно для диалога».
Прямая речь
10 ИЮЛЯ 2017
Андрей Колесников: Навального начали воспринимать всерьёз, может быть, даже переоценивая степень его влияния на широкие массы людей в масштабах странах.