Что делать?
22 февраля 2018 г.
Судьба демократии в нашем веке
14 АВГУСТА 2017, ФАРИД ЗАКАРИЯ

Из интервью Фарида Закария, главного редактора журнала «Newsweek International», автора книги «Будущее свободы: нелиберальная демократия в США и за их пределами»


ТАССЧто нужно сделать, чтобы модернизировать свою страну? Прежде всего надо создать сильную политическую партию. Проведение реформ невозможно без участия политических партий. Люди не особенно задумываются об этом, но политические партии — одно из величайших достижений современной политической системы. Они объединяют устремления, чувства и взгляды людей вокруг определенной программы модернизации. Они превращают требования толпы в институты демократического правления. Величайшей ошибкой Ельцина была неспособность создать и возглавить свою политическую партию. Он хотел стоять над политикой и быть своего рода монархом- президентом, но из-за этого российские реформаторы оказались расколоты, слабы, не имели необходимого влияния, чтобы выиграть политическое сражение. Коммунисты, объединенные в эффективную партию, всегда могли помешать им. 

Если вспомнить о процессе создания наций (Бен Гурион в Израиле, Неру в Индии, Мандела в Южной Африке), успеху всегда способствовали политические партии. Поэтому сторонникам свободы мало быть членами университетских кружков и гражданского общества. Они должны объединяться в политическую партию. Иного пути нет.

Либерализация экономики — это троянский конь политической либерализации. Как правило, авторитарные режимы охотно ее проводят. Они не считают ее угрозой своим властным полномочиям, а рассматривают как возможность, ничего не меняя в политической сфере, модернизировать свои страны. Но почти во всех известных случаях экономическая либерализация завершалась либерализацией политической, то есть подлинной демократизацией.

Капитализм стал самой действенной мерой модернизации. Он полностью изменил феодальные и аграрные общества во всем мире. Но самое главное — он жизнеспособен: капитализм сегодня работает во всех странах. Лучшее в капитализме — его политические и социальные последствия. Он строит экономический фундамент свободы, создает объединения людей, не зависимых от государства. Люди любят говорить о гражданском обществе, но самое важное — их способность противостоять государственной власти, произволу и корысти бюрократии. Помочь этому способны только церковь и капитализм. По моему мнению, если искать нечто, способное привести к демократическим переменам в стране, то лучшее, что можно сделать, это способствовать развитию предпринимательства и современных капиталистических отношений.

Есть ли опасность для демократий сегодня? Есть. Она исходит не извне, а изнутри: демократия может быть украдена и использована почти для любых целей. В условиях демократии множество люди с подданической культурой нередко приводят к власти и поддерживают авторитарных лидеров, ограничивающих свободу, вводящих цензуру. Так было в Иране, на Балканах, в некоторых странах Юго-Восточной Азии, во многих постсоветских республиках.

В какой-то мере с проблемой несовершенства демократии сталкивается и Запад. Мы живем в эпоху, когда каждый элемент нашей жизни подвергается демократизации. Демократизация происходит на политическом, культурном, социальном и экономическом уровнях. Ранее демократия была одним из множества других элементов. Мы всегда жили при смешанном правлении в аристотелевском смысле слова. У нас была демократия, но были и другие, недемократические элементы, которые входили в состав смешанного общественного устройства, законодательства, а также токвилевских институтов наподобие политических партий. Теперь мы подходим к тому моменту, когда все они смываются большой демократической волной.

Более того, если они не подвергаются демократизации сами, то их просто отметают. Это значит, что критерий демократии применяется ко всему, что есть в жизни. Я не думаю, что в этом состоит великое будущее демократии. Демократия — одна из важнейших составляющих политической, социальной и экономической жизни, но отнюдь не единственная. Не следует голосованием граждан на референдуме утверждать бюджет или монетарную политику центрального банка. Хочется иметь общество, где могли бы существовать и другие элементы, которые зачастую бывают недемократическими, то есть организации, куда вход плохо образованным и непорядочным людям не так прост. 

Например, в США мы утратили своеобразные независимые промежуточные ассоциации, прославлявшиеся Токвилем и обладавшие собственными внутренними стандартами и представлениями о чести. В качестве примера на ум приходит юридические гильдии. Сейчас правовой сектор стал полностью демократическим и рыночным. Юристы не играют по-настоящему независимой роли, как мы убедились во время скандала с «Энрон». Я твердо убежден, что населению Запада важно перестать связывать проблемы демократии только с развивающимися странами вроде Сьерра-Леоне или Казахстана. Перед нами самими стоит проблема переоценки демократических процедур, преодоления зачарованности их легитимностью, а также недооценки других институтов, которые на практике способствуют построению свободного общества.

Источник: «Illiberal democracy five years later: democracy’s fate in the 21st Century (interview with Fareed Zakaria)». Harvard International Review. 2002. 24(2), pp. 44—48.

Фото: Фарид Закария. Вячеслав Юрасов/ТАСС














РАНЕЕ В СЮЖЕТЕ
Зарплата и социальная справедливость
21 ФЕВРАЛЯ 2018 // С.МАГАРИЛ, П.ФИЛИППОВ
Наш менталитет мешает прогрессу
12 ФЕВРАЛЯ 2018 // ПЕТР ФИЛИППОВ
При сохранении традиционной организации власти в стране ментальные установки народа сохраняются и передаются из поколения в поколение. Именно они определяют, в конечном счете, и формальные институты, и законы, и характер власти. Власть же, из корыстных побуждений, делает все для поддержания и сохранения средневековых традиций народа. Отсюда и возникает «авторитарная колея», по которой мы катимся столетиями.
Навстречу четвертому сроку
4 ФЕВРАЛЯ 2018 // ПЕТР ФИЛИППОВ
Мало кто сомневается, что на бутафорских президентских выборах, куда не допущены кандидаты, способные составить конкуренцию нынешнему президенту на ниве борьбы с жуликами и ворами, победит В. Путин. Значит, Россия будет катиться по прежней колее. Куда? В нищету, отсталость, самоизоляцию и дальнейшее обогащение нашей элиты — олигархов и казнокрадов.
Массовая бедность в России угрожает существованию страны
29 ЯНВАРЯ 2018 // ЕВГЕНИЙ ГОНТМАХЕР
Наше время обесценивает все серьезные, системообразующие слова, так или иначе связанные с общественной жизнью. За примерами недалеко ходить: «демократия», «рыночная экономика», «права человека». Спросите об отношении к ним массового российского обывателя, и вы получите в ответ множество негативных эмоций и оценок. Никого это уже и не удивляет. Мы ведь изобретаем что-то свое, особое, евразийское, которое утрет нос «гнилой» Европе.
Богачи массово готовятся к бегству из России
22 ЯНВАРЯ 2018 // ЕЖЕДНЕВНЫЙ ЖУРНАЛ
Состоятельные россияне в рекордных количествах покупают гражданство зарубежных стран и избавляются от статуса налогового резидента РФ, чтобы иметь возможность покинуть страну или стать невидимым для российских налоговых органов.  Более 700 человек с типичными российскими именами и фамилиями, полные тезки крупных бизнесменов и чиновников, в том числе фигурирующих в списке Forbes, стали гражданами Мальты в течение последних трех лет, следует из данных, опубликованных правительством страны.
Проблема мусора — в чем?
15 ЯНВАРЯ 2018 // Вадим ЖАРТУН
Для меня мусор, помимо всего прочего, еще и важный показатель здоровья общества. «Разруха не в сортирах», как писал Булгаков. Правда, и не в головах тоже. Проблема мусора несколько сложнее и серьезнее, чем кажется на первый взгляд. В России грязно. РФ занимает первое место в мире по территории и 180-е — по плотности населения. На квадратный километр приходится всего 8 человек (в Японии — 337, в Бельгии — 333, в Великобритании — 254), но почти любое место, куда хоть однажды ступала нога человека, у нас изгажено.
Неоколониализм на практике. Проверки активов нерезидентов в Великобритании и США
15 ЯНВАРЯ 2018 // Валентин КАТАСОНОВ
В декабре 2015 года международная неправительственная организация Global Financial Integrity (GFI) опубликовала доклад «Illicit Financial Flows from Developing Countries: 2004-2013», посвящённый нелегальному вывозу капитала. Исследование охватывает период 2004-2013 гг. и включает развивающиеся страны, бывшие социалистические страны Центральной и Восточной Европы, а также постсоветские государства, в том числе Россию (всего 149 стран). 
Перенять опыт эффективной исполнительной власти
9 ЯНВАРЯ 2018 // ПЕТР ФИЛИППОВ
Исполнительная власть — это та ветвь власти в демократических странах, с которой чаще всего имеют дело граждане. В России сегодня это единственная реальная власть. Этим объясняется важность повышения качества ее работы. Предстоит понять, что с учетом мирового опыта можно сделать, чтобы перейти от коррумпированной и малоквалифицированной российской бюрократии к бюрократии образованной, честной и ответственной, служащей своему народу, способной эффективно управлять страной, регионами, городами и поселениями? Даже если реформа госслужбы не представляется сегодня возможной по политическим причинам, надо понимать ее возможные варианты, их трудности и последствия. Придет время, и результаты такого исследования будут востребованы в России.
Почему Китай не хочет быть колонией, а Россия согласна?
6 ЯНВАРЯ 2018 // С.МАГАРИЛ, П.ФИЛИППОВ
Решение Конгресса США разобраться с вкладами российских бандитов, чиновников и олигархов в американских банках — ключевое событие 2017 года. Оно позволяет нашим согражданам получить доказательства того, что сегодня Россия, благодаря Путину и его мафии, стала колонией США и других развитых стран. Риторика и антиамериканская телепропаганда – лишь прикрытие наших реалий, когда деньги российских налогоплательщиков воруются из казны, и они утекают из страны.
Перичитывая классиков
25 ДЕКАБРЯ 2017 // А.ЗАОСТРОВЦЕВ, П.ФИЛИППОВ
Начнем с истоков общественных отношений. Группы охотников-собирателей, связанные родственными узами, были малочисленны, всего по 25–30 человек. В России так до сих пор живут народы Севера, в дебрях Амазонки первобытные племена. Как показывают исследования этнографов, в таких группах имеют место доверительные отношения между людьми, как в большой семье (по отношению к другим группам, конкурирующим за охотничьи угодья, отношения могут быть предельно враждебные).