Что делать?
11 декабря 2017 г.
Что делать? Возможные действия в новых условиях
18 СЕНТЯБРЯ 2017, ЛЕОНИД ГОЗМАН

ТАСС

Возвращение России на нормальный путь требует решения нескольких групп задач. Назову две.
Во-первых, надо преодолеть апатию и депрессию у сторонников демократического пути развития России. Сегодня очень многие думают об эмиграции, а еще большее число – просто не верит ни во что и не собирается больше ни в чем участвовать. Надо признать, что наши противники смогли не только фальсифицировать выборы, но и убедить значительную часть общества, что Россия обречена на авторитаризм. Именно поэтому мне кажется столь важным объяснять, что на самом деле Россия, несмотря ни на какие зигзаги, будет развиваться в том же направлении, что и весь мир, а значит, авторитарная власть — не более чем неприятный временный эксцесс.

Во-вторых, стратегическая задача – консолидация сторонников свободы, правового характера государства и народовластия. Здесь есть важная развилка. Мы пока не знаем, будет ли в ближайшие годы в нашей стране открыта возможность для политического представительства демократической части общества, т.е. будет ли возможность выигрывать выборы? Если все останется так, как есть, то, по-моему, на выборах нас в Думу не пропустят. И дело не в том, что они нас так уж сильно не любят. Более важно, что они себя объявляют сторонниками рынка и демократии. Поэтому коммунисты их в качестве оппозиции устраивают и даже очень полезны, а мы – ни в коем случае.

Разумеется, мы не можем просто ждать и ничего не делать. Надеяться надо на лучшее, а готовиться к худшему. Поэтому я предлагаю рассмотреть возможные направления деятельности наших сторонников в условиях мягкого авторитаризма – когда в парламент не пускают, но на гражданском уровне кое-что делать все-таки можно. 
Цели

Не претендую на полноту, но главным считаю сохранение либерального слоя российского общества. Под сохранением имею в виду не столько физическую безопасность — до этих угроз, надеюсь, не дойдет — сколько сохранение этого слоя в активной позиции, традиционно характерной для русской интеллигенции, т.е. сохранение стремления влиять на ситуацию, веры в конечную победу и т.д. Понимаю, что право покинуть страну есть у каждого, но очень не хотелось бы, чтобы им воспользовалась лучшая часть наших сограждан.

Вторая цель, связанная с первой – обеспечение готовности к возвращению на демократический путь. В момент, когда демократия вновь окажется востребованной, в стране должно быть достаточное число ответственных граждан и демократически функционирующих организаций, способных эффективно использовать новые возможности.

Не останавливаюсь здесь на целях абсолютно очевидных, таких, например, как защита демократических институтов там, где они еще функционируют, обеспечение прав человека в той степени, в которой это возможно при нынешнем режиме и т.д.
Направления действий

Но самый важный вопрос – это возможные и целесообразные направления практической деятельности. Разногласия по целям носят во многом теоретический и даже вкусовой характер, а вот конкретные действия, требующие человеческих и финансовых ресурсов, должны быть по возможности консенсусными. Именно их и следует, по-моему, обсуждать в первую очередь. Хочу предложить свое видение того, что может или должна делать партия реформ – семь приоритетных направлений практической работы.

1. Обеспечение постоянных коммуникаций внутри либерального слоя общества. Это необходимо потому, что сегодня многие демократически настроенные граждане, особенно, в провинции, чувствуют себя крайне одинокими или даже изгоями. Их взгляды и ценности, а значит и они сами, объявлены маргинальными, не имеющими в стране ни настоящего, ни будущего. Их контакты между собой позволят им преодолевать это навязываемое им ощущение, сохранять оптимизм, жить более полной жизнью. Мы обязаны организовать и поддерживать для этих людей коммуникационную сеть. Причем, речь должна идти не только об Интернете – во-первых, не все имеют возможности и навыки его использования, во-вторых, Интернет не заменяет собственно человеческого общения. Поэтому в дополнение к Интернет-сетям – специальным порталам и форумам – мы должны организовать сеть либеральных клубов (возможно, в штабах партий), куда могут приходить люди демократических убеждений, вне зависимости, разумеется, от формальной принадлежности к партии, и встречаться там со своими единомышленниками. Там должны устраиваться встречи с интересными для участников собраний людьми (это, кстати, великолепное поле для деятельности московских и петербургских интеллигентов), демонстрироваться фильмы, читаться лекции, предлагаться литература и организовываться ее обсуждение и т.д. Крайне важно привлечь к работе этих клубов знаковых для конкретного региона людей.

2. Просветительская работа. В сознании значительной части наших сограждан сегодня царит хаос. Распространены самые дикие представления о собственной стране, о ее истории, в том числе и новейшей. Именно к этим представлениям апеллирует власть, доказывая необходимость подавления инакомыслия и свободы и неизбежность авторитаризма. Во многом это наша вина – наш интеллектуальный потенциал, опыт преподавания, полемические навыки позволяли нам активнее противостоять мракобесию. Но если говорить о будущем, а не об упущенных в прошлом возможностях, то мы должны заниматься просвещением максимально активно. Во-первых, речь идет об организации летних и зимних школ для студентов, преподавателей ВУЗов, школьных учителей и журналистов. Во-вторых, о создании и распространении, как минимум через Интернет, альтернативных учебников и учебных пособий, предназначенных, прежде всего, для учителей и преподавателей – многие из них хотели бы давать своим ученикам другую историю, другое обществоведение, и мы должны им помочь. В-третьих, это постоянно действующая «справочная» в Интернете для преподавателей, учителей, студентов и, может быть, учащихся старших классов. «Справочная» должна предоставлять информацию, альтернативную официальной, а также снабжать желающих аргументами для дискуссий. В-четвертых, это создание и поддержание детских и юношеских организаций, функционирующих на иных, по сравнению с НОД, «Нашими», «Молодой гвардией» и прочими, принципах. Речь идет, например, о скаутском движении.
3. Правозащитная и гражданская деятельность. Вряд ли надо обосновывать необходимость работы на этом направлении. Фактическое игнорирование правозащитной и гражданской деятельности было одним из самых слабых мест Союза правых сил. Понятно, что речь должна идти не только о защите политических прав, но и о правах имущественных, обо всем комплексе правонарушений, связанных с армией, о правах родителей на нормальное образование их детей и на ограждение детей от политического давления и т.д.

4. Создание средства массовой информации, способного консолидировать демократическую часть общества. Речь идет не просто об еще одном СМИ демократической направленности и не об официальном органе партии. Необходимо издание, с которым демократически ориентированные граждане смогут идентифицироваться, раз уж идентификация с партией будет в ближайшее время весьма сложной. Сообщество читателей этого издания должно стать чем-то вроде «протопартии». История, кстати, дает много примеров такого рода изданий. С учетом сегодняшних реалий это издание осуществимо, прежде всего, в Интернете. Кадры для него есть – не все политические журналисты готовы переключиться на гламур.

5. Публичный мониторинг. Мы должны в регулярном режиме – не реже, чем раз в месяц, а также по конкретным поводам – давать свою оценку происходящего. Речь идет о разоблачении официальной лжи, об экспертной оценке принятых законов и постановлений, об анализе последствий конкретных действий, таких, например, как утверждение в качестве официального учебного пособия скандального учебника истории Филиппова, об альтернативной оценке ситуации в стране, успехов и неудач действующей власти. Крайне важно при этом сохранять объективность и обоснованность, не впадать истерику, не объявлять ошибочным все, что делает власть просто потому, что мы находимся к ней в оппозиции. Взвешенный серьезный анализ, во-первых, необходим обществу, во-вторых, даст нам серьезные политические дивиденды. Не стоит забывать, что большинство наших сторонников вовсе не стремится на баррикады.

6. Предложение альтернатив. Мы должны создать структуру, которая будет не просто осуществлять мониторинг, но и предлагать альтернативы. Имеются в виду иные законопроекты, иные управленческие решения. В некоторых странах это называется теневым правительством, у нас желательно избежать использования этого термина. Мы не имеем права ограничиваться отрицанием – это и недостойно нас, и просто неправильно. Например, мы критикуем монополизацию. Но это значит, что мы должны представить свой проект реформирования Газпрома, Роснефти и других корпораций такого рода – проект обоснованный, просчитанный, с графиком реализации. И нет ничего страшного в том, что власть воспользуется какими-то из наших предложений, забыв, по обыкновению, указать подлинное авторство, как это произошло со многими аспектами предлагавшейся нами военной реформы. Важно, что мы не дадим им жить в спокойном безальтернативном болоте, а общество получит понимание того, что сегодняшний курс – отнюдь не единственно возможный. Потенциал для такой работы у нас есть – мы ведь предполагали быть самой активной и продуктивной фракцией в Государственной думе.
7. Участие в выборах там, где это возможно. На сегодняшний день мы понимаем «закрытость» выборов в Думу и в законодательные собрания субъектов федерации. Но, например, на муниципальном уровне, где есть шанс дойти до каждого избирателя и где труднее фальсифицировать подсчет, такой ясности нет. Поэтому мы должны в них участвовать, причем, системно. Очень важно при этом, чтобы кандидаты не прятали свою принадлежность к СПС, а наоборот, подчеркивали ее. Только тогда их победа будет победой партии.

Преобразование политического поля

Правое (демократическое) политическое поле должно преобразовываться не под какую-то идеальную модель, а под конкретные задачи.  Совершенно очевидно, что в случае возвращения выборов необходимо создание принципиально новой демократической партии, способной консолидировать не только сторонников нескольких политиков, но и значимую, и, что важно – внутренне неоднородную часть общества.

Не думаю, что эффективными могут быть действия по изменению названия или символики партии. Не говорю о ценности существующего бренда – для тех, кто активно участвовал в последней кампании, это простреленное в бою знамя, но не все обязаны разделять это отношение. Более важно другое. Умный избиратель не станет голосовать за нас из-за изменения картинки. Преобразования внутри партии должны быть куда более серьезными.

Но это тема отдельного разговора. Я же считаю самым важным обсудить те конкретные направления деятельности, которые отвечали бы и интересам страны, и запросам наших сторонников. Все изложенные здесь предложения предполагают определенный сдвиг с собственно политической на гражданско-просветительскую работу и, главное, ориентируются на «игру в долгую». Мы добились очень многого в ходе революции начала девяностых, но многовековые антидемократические традиции, к сожалению, устояли. Значит, надо переходить к длительной осаде.


Фото: 07.11.2011. Россия. Москва. 7 ноября. Сопредседатель партии "Правое дело" Леонид Гозман во время презентации книги Анатолия Чубайса и Егора Гайдара "Развилки новейшей истории России" в Библиотеке иностранной литературы. Митя Алешковский/ТАСС.












РАНЕЕ В СЮЖЕТЕ
О чем предупреждал Даниил Дондурей
11 ДЕКАБРЯ 2017 // ПЕТР ФИЛИППОВ
Дондурей обращал внимание на те «невидимые стены» и коридоры, которые выстроены и укреплены в головах подавляющего большинства наших соотечественников всех возрастов, национальных, образовательных и имущественных групп. Преодолеть такие препятствия очень сложно. В контексте влияния на национальную экономику они никогда не рассматриваются. Нет и публичного акцентирования этой проблемы. А значит — нет и политического и профессионального заказа на соответствующие исследования, получение сопоставимых данных.
Как обуздать дедовщину?
27 НОЯБРЯ 2017 // ПЕТР ФИЛИППОВ
Каждая российская мать, провожая сына в армию, боится, что он станет жертвой издевательств со стороны «дедов»-старослужащих при полном попустительстве офицеров и старшин. Россия просто обязана обуздать дедовщину в своей армии. Но как? Сравним порядки в наших вооруженных силах с порядками европейских стран
В ловушке локального максимума
20 НОЯБРЯ 2017 // АНДРЕЙ МОВЧАН
Миллионы пенсионеров в основном состоят из тех, кому на рубеже 90-х было 35 – 45 лет. Это были состоявшиеся в советской системе люди, уже не готовые в силу возраста менять парадигмы и профессии. Именно их в массе 90-е оставили на овсяной каше и воде на несколько лет, отобрали даже те малые доходы, которые они имели при социализме, заставили резко снизить свой социальный статус, унизили их, заставив все время чувствовать свою вину за то, как они жили до 1991 года. В нынешней системе они видят возврат к «разумному социализму», который оправдывает их прошлое и, одновременно, защиту от неопределенности и унижения 90-х годов.
Гражданский долг россиян сегодня
13 НОЯБРЯ 2017 // ПЕТР ФИЛИППОВ, ИГОРЬ Г.ЯКОВЕНКО
В чем состоит гражданский долг россиян сегодня? В том, чтобы спасти «русский мир» от перспективы отсталости, нищеты и вырождения, преодолеть традиционное холопское сознание, надежду на доброго царя-президента, сделать народ хозяином своей жизни. Подобно тому, как стали хозяевами на своей земле шведы и финны, научившиеся на деле контролировать свою бюрократию. Надо самим отвечать за то, что происходит вокруг. А для этого изменить свой менталитет, политическую систему, правоприменительную практику, заставить чиновников служить, не наживаясь. Отсюда следует практическое понимание гражданского долга – мирными средствами добиваться таких реформ, которые создадут условия для притока иностранных инвестиций и связанных с ними высоких технологий. Уйти от самоизоляции России.
Вера в «доброго царя» или президента: истоки
5 НОЯБРЯ 2017 // РУСТЕМ НУРЕЕВ
Российское общество и в наши дни по традиции остается не эмансипированным от власти. Монархическая традиция, наивная русская вера в «доброго царя», ожидание Вождя, Хозяина, Лидера во многом преобладают в сознании народных масс вплоть до наших дней. Точка опоры у большинства россиян вынесена вовне, связана с верховной государственной властью. В России в отличие от стран Запада исторически сложился тип общественной системы, для которого характерны «перевернутые» отношения собственности и власти: в его основе лежит эффективность власти, а не эффективность собственности. Почему?
Ты гражданином быть обязан!
30 ОКТЯБРЯ 2017 // ПЕТР ФИЛИППОВ, ИГОРЬ Г.ЯКОВЕНКО
Большинство россиян хотят быть подальше от политики. Мол, мы люди маленькие, меньше возникаешь – дольше проживешь. Жили бы они в древних Афинах, их бы точно наказали атимией – публичным бесславием, бесчестием, презрением, лишением прав гражданского состояния. Человек, подвергшийся атимии, не имел права выступать в Народном собрании, занимать должности, служить в армии, участвовать в Олимпийских играх. Столь суровой была кара за неучастие в политике. Закон требовал, чтобы во время волнений и междоусобиц граждане примыкали к одной из борющихся партий.
Ценности, менталитет финнов и благоприятный фон реформ школьного образования
23 ОКТЯБРЯ 2017 // ТАТЬЯНА МИХАЙЛОВСКАЯ
Демократическое государство всеобщего благосостояния. Всеобщее благосостояние стало главным принципом финского государства. Государство всеобщего благосостояния было создано в относительно короткий период. Перед Второй мировой войной в Финляндии было много бедных. Сегодня дифференциация по уровню доходов населения в Финляндии одна из самых низких в мире. По данным ОЭСР, Всемирного банка 2009–2012 годов, соотношение доходов 10% наиболее обеспеченных и 10% наименее обеспеченных граждан по странам, в разах: Дания – 5,3, Финляндия – 5,4, Швейцария – 6,0, Норвегия – 6,1, США и Канада – 8,9, Великобритания – 10,0, Южная Корея – 10,7, Россия – 16,4, Китай – 17,6.
До последнего патрона
16 ОКТЯБРЯ 2017 // ГЕНРИ ХЕЙЛИ
Cтраны вроде России, а точнее, подавляющее большинство стран во всем мире, объединяет одно важное свойство. Они функционируют благодаря личным отношениям между людьми, а не деперсонализированным институтам. В этих странах люди не могут коллективно организовываться, если они не знают друг друга. Представьте, что кто-то решил основать благотворительную организацию и собирает на нее деньги. Скорее всего, никто не решится дать ему денег вслепую, потому что заподозрит, что они будут растрачены.
Будут сидеть. Как румыны ломают хребет коррупции
9 ОКТЯБРЯ 2017 // ЕЖЕДНЕВНЫЙ ЖУРНАЛ
В начале этого года румынское гражданское общество одержало важную победу, вынудив правительство отказаться от постановления об амнистии коррупционерам. Таких массовых демонстраций страна не знала с момента падения режима Чаушеску в 1989 году. Количество протестующих достигло 500 тысяч - на площади Виктория в центре Бухареста у здания правительства собралось до 300 тысяч человек, а в крупных городах - десятки тысяч.
Пять рецептов борьбы с коррупцией на примере Румынии
9 ОКТЯБРЯ 2017 // ЕЖЕДНЕВНЫЙ ЖУРНАЛ
В 2016 году Румыния заняла 58 место в индексе восприятия коррупции. За решеткой оказались 1500 высших чиновников, среди них и брат экс-президента Мирча Бэсеску. Хотя еще 10 лет назад именно коррупция была главным препятствием для вступления страны в Европейский Союз. Чтобы узнать, как Румынии удалось изменить ситуацию, мы встретилось с экс-министром юстиции Моникой Маковей.