В оппозиции
13 декабря 2019 г.
И ложечки пропали, и осадок остался…
22 ДЕКАБРЯ 2017, АЛЕКСАНДР РЫКЛИН

ТАСС

Пару недель назад глава муниципального совета Красносельского района (того самого, в котором на сентябрьских выборах сокрушительную победу одержала «Солидарность») Илья Яшин объявил о том, что их Совет принял решение 24 декабря провести в Лермонтовском сквере (метро Красные ворота) районный праздник под названием «День свободных выборов».

В тот самый момент заинтересованная общественность и узнала, что, оказывается, по закону (это свод правил, по которому на определенной территории люди взаимодействуют друг с другом и с окружающим миром)… так вот по закону формат, предложенный Яшиным, не требует согласования с мэрией — решение о проведении такого мероприятия (районного праздника) принимают сами муниципальные депутаты. Оппозиционный люд взволновался и преисполнился радостью и надеждой, видя перед собой перспективу впредь игнорировать опостылевшую и ненавистную мэрию в важнейшем вопросе — о проведении массовых уличных акций. Потому что уж чего-чего, а демократических муниципальных депутатов в Москве теперь пруд пруди, можно даже с другими регионами делиться… Словом, на горизонте замаячила возможность показать Собянину козу (что, разумеется, ценно само по себе) да к тому же оживить уличную ситуацию в столице — мэрия давным-давно не согласовывает оппозиции никаких протестных акций в приемлемых районах.

Почувствовав очевидную угрозу, мэрия начала палить по Яшину и К. из разных орудий, обрушив на них всю, какая есть, административную мощь: и местная Общественная палата Яшина увещевала (дескать, не надо под районный праздник камуфлировать майдан), и прокуратура ему угрожала, и даже Мосгорсуд принял решение о запрете проведения акции, не согласованной с мэрией. Ярость московских чиновников легко объяснима.

Сразу же после последних выборов в Москве компетентные люди рассказывали обозревателю «ЕЖа», что в АП и Госдуме многие довольно критически восприняли легкомысленное и наплевательское, с их точки зрения, отношение московских властей к муниципальным выборам, по результатам которых либералам удалось отбить у мэрии целые районы. Сергея Собянина обвиняли тогда в халатном отношении и чуть не в попустительстве несистемной оппозиции. Вместо того чтобы задушить гадину в зародыше (на подходе к избирательным урнам), столичные власти дали ей возможность нагулять политический вес и допустили ее легитимацию. И вот вам наглядное подтверждение опасений — прошло совсем немного времени, а Яшин уже ставит столицу на дыбы, создавая крайне опасный прецедент, обходит мэрию в важнейшем вопросе проведения массовых мероприятий… Однако красносельские муниципальные депутаты, подержанные коллегами из других округов, продолжали стоять на своем, и стало понятно, что скорее всего 24-го нас ждет силовой разгон с последующими репрессиями трудно прогнозируемых масштабов.

В этой ситуации многим показалось, что вариант, предложенный бывшим депутатом Госдумы и будущим кандидатом в московские градоначальники Дмитрием Гудковым, отчасти спасает положение. В начале минувшей недели они с Ильей Яшиным на праздновании дня рожденья главного редактора «Эха Москвы» Алексея Венедиктова обсудили сценарий, который предполагал, что Гудков подаст заявку в мэрию на проведение митинга на проспекте Сахарова на то же самое время, на которое планировался яшинский праздник.

У меня нет никаких сомнений в том, что, если бы Илья, поблагодарив Дмитрия за попытку решить проблему, корректно, но категорично сразу бы отклонил это предложение, то никакой заявки на следующий день Гудков бы, конечно, не подал. А именно так Яшину, с моей точки зрения, и следовало поступить. Но он этого не сделал…

По тому накалу, с которым собянинские клерки бросились топтать инициативу Яшина, ясно, что он вольно или невольно попал в болевую точку, буквально наступил на мизинец. Так зачем же это шило из их сановных задниц вынимать, даже не провернув там пару раз? В чем смысл сразу отказываться от неожиданно подвернувшейся важной опции и без сопротивления соглашаться на контролируемый формат?

Однако уже на следующее утро Дмитрий Гудков с формальным опозданием на несколько дней подал заявку в мэрию, которая была удовлетворена через несколько часов! И сразу возникла новая реальность: власти как бы пошли навстречу оппозиции и погасили конфликт — вы хотели маленький скверик, а мы даем вам огромную площадь. Причем — вопреки правилам. Понятное дело, что в оппозиционной среде пошел разброд.

Допускаю, что Илья Яшин не предвидел такого развития событий и ждал, что мэрия просто пошлет Гудкова куда подальше. Но теперь его позиция неколебима: он готов устроить праздник на Сахарова, а от митинга отказывается. Гудков свою заявку на митинг отозвал. Понятно, что в сложившейся ситуации Яшин берет на себя все политические риски.

Мне кажется, что, упершись, Яшин поступил вполне обоснованно. Этим своим упорством он как бы доказывает, что успешная попытка поучаствовать в маленьких выборах (то есть частично внедриться в действующую политическую систему) была не напрасной и имела определенный смысл. Какой? А вот такой: у оппозиции появились новые возможности давления на власть, и она их использует. И речь уже не о ЖКХ или другой местной проблематике, а об общем формате столичного уличного протеста. Кстати, примерно в этих выражениях Яшин и объясняет свое решение отказаться от инициативы Дмитрия Гудкова, который, повторю, действовал абсолютно безупречно, соблюдая все договоренности.

Без взаимных нападок и уколов между Яшиным и Гудковым все же не обошлось. Ответственность за «взаимное обострение ситуации» можно отчасти свалить на слишком ретивых сторонников, но только отчасти. Все это создает негативный фон, что накануне 24 декабря особенно прискорбно. Готовность идти на риски неизбежно пропадает в тот момент, когда вы видите, что в стане лидеров оппозиции есть очевидные противоречия и они их даже не пытаются скрыть.

Во всей этой истории незримо, но вполне ощутимо присутствует еще один важный (наверное, самый важный на данный момент) политический оппозиционный игрок. Я, конечно, говорю об Алексее Навальном, чье нежелание использовать неожиданно подвернувшуюся блестящую возможность собрать на Сахарова действительно большой митинг можно объяснить только одним — негативным и подозрительным отношением к Дмитрию Гудкову. Между тем, хочу напомнить, что, еще только анонсируя эту идею — перенести акцию на проспект Сахарова и придать ей легальный формат, — Дмитрий говорил, что будет приветствовать появление на ней Алексея Навального. И согласись последний поддержать гудковское предложение, тогда бы и у Яшина появился мощный аргумент в пользу отказа от «праздника» на Красных воротах. Другими словами, Гудков готов был отдать эту акцию Навальному, который мог собрать на Сахарова практически всю оппозицию, выступить фактически ее лидером и провести мощный предвыборный митинг (а почему бы не собрание инициативной группы граждан?), таким образом дав старт уличной фазе своей предвыборной кампании. Но Навальный отказался. Полагаю, что именно по тем причинам, которые я привел выше — он не хочет быть обязанным Дмитрию Гудкову. (Почему? Ответим на этот вопрос через некоторое время.)

В любом случае, окончательные итоги нынешнего политического сезона, который успешным назвать сложно, подводить еще рано. Во-первых, подождем, чем закончится яшинский праздник. А еще хочется верить, что в ближайшие дни появится хоть какая-то ясность насчет президентской кампании Алексея Навального.

Фото: Сергей Фадеичев/ТАСС












  • Николай Сванидзе: Скорее всего, власть удивляется резонансу, который возник вокруг дела Жукова и его личности. Конечно, как полноценную политическую фигуру его не воспринимают, слишком молод...

  • "Коммерсант": Кунцевский районный суд Москвы приговорил фигуранта «московского дела» студента Высшей школы экономики (ВШЭ) Егора Жукова к трем годам колонии условно с испытательным сроком два года...

  • Кончтантин фон Эггерт: Система сломалась на 21-летнем студенте из Крылатского.

РАНЕЕ В СЮЖЕТЕ
В судах рождается поколение могильщиков режима
6 ДЕКАБРЯ 2019 // ИГОРЬ ЯКОВЕНКО
В Москве — день приговоров. Судья Кунцевского суда Светлана Ухалева приговорила Егора Жукова за видеоролики, в которых он критиковал власть и призывал к ненасильственному протесту, к 3 годам условно. Плюс на два года запрет заниматься администрированием сайтов и схожими видами деятельности (то есть фактический запрет на пользование интернетом). А еще судья Ухалева приговорила к смертной казни керамическую фигурку лягушек, изъятую у Жукова во время обыска и либертарианский флаг, похищенный у него тогда же. Судья Тверского суда Мария Сизинцева приговорила к штрафу в 120 тысяч рублей Павла Новикова за удар пластиковой бутылкой по шлему нацгвардейца.
Прямая речь
6 ДЕКАБРЯ 2019
Николай Сванидзе: Скорее всего, власть удивляется резонансу, который возник вокруг дела Жукова и его личности. Конечно, как полноценную политическую фигуру его не воспринимают, слишком молод...
В СМИ
6 ДЕКАБРЯ 2019
"Коммерсант": Кунцевский районный суд Москвы приговорил фигуранта «московского дела» студента Высшей школы экономики (ВШЭ) Егора Жукова к трем годам колонии условно с испытательным сроком два года...
В блогах
6 ДЕКАБРЯ 2019
Кончтантин фон Эггерт: Система сломалась на 21-летнем студенте из Крылатского.
Верховный суд обслужил силовиков. «За права человека» ликвидировано
5 НОЯБРЯ 2019 // АЛЕКСАНДР РЫКЛИН
В минувшую пятницу Верховный суд удовлетворил иск Минюста и прекратил деятельность правозащитной организации «За права человека» на территории РФ. Движение, которое бессменно возглавляет один из наиболее авторитетных отечественных правозащитников Лев Пономарев, формально прекратило свое существование. Впрочем, сам Лев Александрович утверждает, что «движение продолжит свою работу и без юридического лица». Формальные претензии Минюста, поддержанные высокой судебной инстанцией, заключаются в том, что ЗПЧ, якобы, не в полном объеме предоставило отчет за первую половину текущего года как «организация, признанная иностранным агентом». 
Прямая речь
5 НОЯБРЯ 2019
Андрей Колесников: Если это окажется не очень заметной структурой, то ей могут позволить существовать. Но если структура станет разрастаться, то её тут же начнут убирать. 
В блогах
5 НОЯБРЯ 2019
Леонид Гозман: Попытка Верховного Суда закрыть «Движение за права человека» Льва Пономарева - это, во-первых, признание заслуг. И организации, и Льва лично. Абы кого не закрывают.
В СМИ
5 НОЯБРЯ 2019
Новая газета: По словам Крыленковой, объединение было создано, чтобы показать обществу, какое большое количество людей затрагивают политические репрессии. 
«Московское дело» продолжает зажевывать жертв
31 ОКТЯБРЯ 2019 // АЛЕКСАНДР РЫКЛИН
Мы уже примерно представляем себе, как это происходит. Десятки, а может, и сотни сотрудников МВД с лета сидят, уткнувшись в экраны своих мониторов, и просматривают километры оперативной съемки летних московских демонстраций. Время от времени кто-нибудь из них вскрикивает: «Смотрите, смотрите — есть! Попался, гаденыш!!! Вот тут явно видно, как этот парень хватает за руку омоновца. И рожа его крупным планом — вмиг опознаем»…  «Молодец, сержант Тюнькин, — хвалит подчиненного командир, — вырезай сюжет, отправляй операм и беги в кассу за премией!»
Прямая речь
31 ОКТЯБРЯ 2019
Николай Сванидзе: Какие-то отдельные группы экстремистов можно подавить дубинками и сроками, но нельзя так подавить всё поколение.