Что делать?
26 ноября 2020 г.
Наша культура и наша коррупция. Сравним Россию со Швецией
4 СЕНТЯБРЯ 2020, ПЕТР ФИЛИППОВ

ТАСС

Сегодня жители всех стран носят европейские одежды. Но по отношению к власти, к своим неотъемлемым правам, по способности отстаивать свои интересымногим далеко до европейцев. Некоторые народы живут в условиях современных феодальных или, как говорят политологи, «естественных» государств, в которых указание начальства важнее закона, выборы — бутафория, а статья конституции, гласящая о том то, что народ есть источник власти, — фикция. В этих странах иные обычаи, иная этика. В них вектор власти всегда направлен сверху вниз. Для того чтобы это направление не изменилось и никто не пытался установить настоящее народовластие, у властей есть ОМОН, Росгвардия. Несогласных могут пристрелить или отравить. Убили Немцова, Старовойтову, Политковскую, отравили Кара-Мурзу, Быкова, Навального… 

Различия в культуре россиян и европейцев связаны с нашей историей. Наши крепостные крестьяне мало чем отличались от рабов. Помещик мог продать крестьянина и членов его семьи. Крестьяне считали, что на то воля божья. Эта культура мало изменилась и после освобождения крестьян из крепостной неволи. Съезд Советов крестьянских делегатов в 1917 г. проголосовал против частной собственности на землю, против реформ Столыпина. Мол, земля — мать родная, ее продавать нельзя! Трудно подсчитать, сколько хозяйств кулаков-фермеров сожгли общинники. Крестьяне в те годы составляли около 80% населения России, в стране доминировало их понимание того, как надо жить. Самый популярным был лозунг «Отнять и разделить!». 

Холопская культура россиян мало изменилась за годы советской власти. Но горбачевская перестройка, распад СССР и альтернативные выборы 1990-х годов повлияли на наш быт, на нашу политическую культуру. Сыграли роль легализация частной собственности, развитие предпринимательства, открытие железного занавеса, поездки россиян за рубеж. На наши взгляды повлиял и интернет. Он компенсировал введенную с начала 2000-х годов цензуру СМИ. Этические нормы россиян стали ближе к европейским. Еще 10 лет назад невозможно было представить себе массовые протесты хабаровчан под лозунгом «Мы здесь власть!». Люди стали воспринимать статью Конституции о народе как источнике власти в качестве закона прямого действия. 

И все же по своему общественному устройству Россия сегодня скорее похожа на отсталые государства Африки. У нас не только близкий уровень жизни, у нас такая же системная коррупция, служащая фундаментом блатного «капитализма для своих». Какая-то коррупция есть во всех странах, но в России злоупотребление чиновниками властью в своих интересах является фундаментом общественного строя. Не случайно многие годы Госдума отказывается ратифицировать 20-ю статью Конвенции ООН по борьбе с коррупцией, которая предусматривает уголовную ответственность чиновников за расхищение общественного достояния. 

Оценивая уровень коррупции в разных странах, надо понимать под этим не только банальное взяточничество, но и иные способы обогащения чиновников и депутатов. Нередко это делается за счет обложения компаний административной рентой путем расчетов по фиктивному договору об оказании услуг. «Своим» людям, вроде Сечина и Миллера, назначают ежемесячные оклады в десятки миллионов рублей. Чиновникам, членам наблюдательных советов госкомпаний, выплачивают огромные премии. Высокопоставленные чиновники — акционеры госкорпораций присваивают прибыль и через дивиденды. Способов присвоения общественного достояния множество, главное, чтобы против никто не протестовал. Впрочем, подавляющее большинство россиян и не выступает против  обогащения нашей бюрократии. Это для нас естественно.

Деньги, украденные чиновниками из казны, могли бы пойти на ремонт школ, оснащение больниц, повышение пенсий. Но это не самые пагубные последствия коррупции. Ради присвоения нескольких миллионов чиновники лоббируют убыточные проекты, требующие миллиарды бюджетных средств. Так, вместо относительно недорогой аренды космодрома «Байконур» ввязались в экономически абсурдное строительство космодрома «Восточный», которое не окупится и за 70 лет. Строительство, где даже по признаниям Путина, не прекращаются многомиллионные хищения. 

Другой известный пример — регулярная перекладка плитки на тротуарах в Москве. Впрочем, в любом регионе можно найти проекты, затеянные для обогащения чиновников. У нас нет институтов, блокирующих их корыстные интересы. Выходит, что бюрократия из своих корыстных интересов просто гробит экономику России, делает нас нищими. Сравните наши заработки и пенсии с доходами шведов и финнов и вы поймете, в какое болото нас загнали власть имущие.


EPA/TASS

Принципиально иная ситуация в Швеции, где сегодня один из самых низких уровней коррупции в мире. В ней доходы чиновников, даже самых высокопоставленных, превышают заработки рабочих не более чем в 2 раза. В Швеции парламент и правительство еще полтора столетия назад установили высокие этические стандарты для госслужащих и сумели добиться их исполнения. Спустя несколько лет после начала модернизации управления честность стала престижной среди бюрократии. Главную роль в борьбе с коррупцией в Швеции сыграло общественное мнение, этические стандарты шведов, их политическая культура. Шведы с подозрением относятся к предпринимателю, который за короткий срок получил очень высокий доход, к чиновнику, расходы которого существенно выше его зарплаты. Общественное мнение превратит такого шведа в неприкасаемого, ему никто не будет доверять ни в бизнесе, ни в общении.

В условиях реальной политической конкуренции попытка чиновника или депутата обогатиться, используя свое положение, ведет к краху карьеры. Он будет вынужден уйти с должности, не сможет больше получить работу ни на государственной службе, ни в частном бизнесе. Общественное мнение превратило коррупцию, нечестность в бизнесе и государственном управлении в крайне редкое явление. Никакими мерами законодательного регулирования или даже уголовными наказаниями такого результата достичь не удалось бы.

Как же Швеция, страна варягов-грабителей, обложивших в Средние века данью пол-Европы, стала образцом честности и неподкупности? Важную роль сыграли традиции самоуправления, наличие оружия в руках простолюдинов, нацеленность элиты на рост уровня жизни народа илютеранская церковь. В отличие от православной церкви, заточенной на поддержку авторитарной власти и ее олигархического окружения, церковь в Швеции не устает проповедовать честность.  

Современный развитый рынок нуждается в государственном регулировании и контроле за исполнением правил и норм. Но чтобы эти функции госслужащих не позволяли им собирать административную ренту, следует ограничить возможность чиновников творить произвол. Законы должны быть прописаны так, чтобы исключить для чиновников принятие решений «по своему усмотрению», возможно за взятку. Когда в России юристы предлагают устранить из текстов проекта закона коррупциогенные статьи, то они обычно встречают сопротивление депутатов. Большинство их отстаивают интересы не избирателей, а бюрократии. Чиновникам нужны основания по закону «поставить в угол» гражданина и, тем более, бизнесмена. А шведский парламент оказался способен принять законы, которые на практике блокируют в стране коррупцию.

Шведы считают, что у чиновников должны быть стимулы к честному и ответственному управлению, а само оно должно осуществляться скорее посредством налогов, льгот и субсидий, а не с помощью запретов и разрешений. Конечно, шведам далеко до Грузии, где чиновнику отпущено 15 минут на то, чтобы зарегистрировать новую фирму. Но в сравнении с Россией порядки у шведских чиновников весьма либеральные.

В Швеции успех партии на выборах почти не зависит от суммы средств, вложенных ее сторонниками в избирательную кампанию. Там богатство и власть разделены, результаты выборов зависят лишь от поддержки избирателей. Власть не подкупает щедрыми подачками продажных журналистов. Лояльность широких слоев населения не гарантирована захватом каналов телевидения власть имущими. Поддержка населением правящей партии и сформированного ею правительства зависит от результатов проводимой властью политики. Сравните с порядками, господствующими в России.

Для россиян вбросы бюллетеней и фальсификация протоколов голосования стали естественными. Многие даже оправдывают членов избирательных комиссий: «А что им делать? Если начальства не послушаться, то с работы выгонят». А то, что результаты выборов скажутся на проводимой в жизнь политике, на уровне жизни, большинство россиян не понимает, их это не волнует. 

 А шведы, отвечая на вопросы о честных выборах, искренне недоумевают: «Кто же может вбрасывать бюллетени или подделывать протоколы? Наши на это не пойдут. Если и найдется кто-то бессовестный, так другие члены избирательной комиссии его остановят». В Швеции избиратель вправе вписать в бюллетень любую новую партию, не зарегистрированную, и проголосовать за нее. Собранные этой партией голоса обязательно будут отражены в результатах выборов.

Шведы убеждены, что без независимого суда не удастся установить в стране справедливость и верховенство права. Мы видим важность этого принципа на работе наших «карманных» судов. Шведы скрупулезно отстаивают независимость судебной власти от власти исполнительной. Этому помогает участие присяжных заседателей в судах всех уровней. Суды Швеции выносят в год около 10 приговоров по «коррупционным» делам. Если преступление не слишком тяжкое, подсудимый получает штраф и 2 года тюрьмы, остальным грозит лишение свободы на срок до 6 лет. Такие же последствия и для коррупционеров из числа бизнесменов.

Не менее важен, чем независимый справедливый суд, контроль самих граждан за работой чиновников. В Швеции реализованы два способа такого контроля. Первый — контроль через депутатов парламента и местных органов представительной власти. Эффективность такого контроля связана с политической конкуренцией, которая в Швеции, в отличие от России, реальна. Оппозиционные партии заинтересованы искать промахи в работе чиновников, назначенных правящей партией. Это позволяет оппозиции завоевывать больше голосов избирателей. Парламентскому контролю помогают независимые средства массовой информации, омбудсмены, счетные палаты и специализированные органы правопорядка, заточенные на борьбу с коррупцией. 

Второй способ — контроль непосредственно со стороны самих граждан. Такой контроль влияет на результаты выборов, позволяет через суд отстаивать общественные интересы. Это и есть реальное народовластие. Хотя не все жаждут регулярно контролировать работу органов власти, но активисты есть, и это блокирует нарушение законов и правил.

 Но, пожалуй, самое важное отличие шведов от россиян кроется в их личной ответственности за свои голоса, отданные на выборах. Мы, россияне, более или менее разумно подходим к выборам председателя садоводства или жилищного кооператива, избираем того, кто себя уже зарекомендовал. Понимаем, что ошибка может привести к разворовыванию наших взносов. Но на выборах депутатов Госдумы и региональных парламентов наша ответственность улетучивается. Мы обычно голосуем за тех, кто раздал больше обещаний или кого рекомендует власть. У шведов это не так. Чтобы стать депутатом Ригсдага, надо завоевать у избирателей авторитет своей работой в местных органах власти, в деятельности политических партий. Кстати, в выборах в Швеции обычно участвует более 80% избирателей. 

Шведы понимают, что для успешной борьбы с коррупцией и казнокрадством нужна прозрачность личных доходов и сбережений чиновников и членов их семей. Да и всех граждан. В Швеции любой может позвонить в налоговую инспекцию, назвать личный номер гражданина и получить сведения о его доходе, имуществе, транспортных средствах и даже долгах. Ответ пришлют почтой или по интернету. Поэтому в Швеции чиновников и депутатов не обязывают предоставлять декларации о доходах. И так вся информация доступна.

В России же предложения о прозрачности доходов и состояний всех россиян вызывают неприятие не только олигархов и коррумпированных чиновников, но и простых граждан. Мы не хотим, чтобы власть и мошенники копались в наших кошельках. А то, что непрозрачность доходов и сбережений способствует казнокрадству и укреплению блатного капитализма, нас волнует мало. Правительство же старается заблокировать доступ к информации о роскошных особняках и яхтах власть имущих. Получается, что мы не только не способны сформировать честную власть, но и не хотим реальной прозрачности доходов и состояний. Не понимая того, что тем самым прокладываем дорогу к своей нищете.

Вседозволенность коррумпированного чиновничества возникает потому, что наш народ ее дозволяет. У простых россиян нет понимания глубинных причин стагнации экономики и нищенского уровня жизни. Мы, в массе своей, пока не способны или не желаем отстаивать свои права и интересы. И, как жители средневековой Московии, надеемся на милость бога и доброго царя-президента. Наша культура все еще феодальная. Этим мы и отличаемся от шведов.

Многие ли, переехав двойную полосу и рискуя лишиться прав на полгода, откажутся дать взятку гаишнику, чтобы он замял это дело? А многие ли, став депутатами, откажутся от взяток от тех, кто заинтересован в нужной редакции закона? Или выступят против аморальных требований власти? Пример тому — почти единодушное недавнее принятие Госдумой поправок в Конституцию, обнуливших срок полномочий президента. Но поставим вопрос шире: удастся ли сформировать в России органы власти, нацеленные на ограничение произвола чиновников, если большинство граждан согласно на откаты, взятки и нечестность? Можно ли в обществе взяточников добиться верховенства права? 

Вложив деньги в бизнес в России, и иностранный, и отечественный, инвестор рискует их потерять. Откаты чиновникам повышают себестоимость продукции, снижают конкурентоспособность бизнеса и при этом не дают гарантий сохранности собственности. Если предприниматель перейдет дорогу олигархам, близким к высокопоставленным чиновникам, то лишится своего бизнеса. Потому в Россию не идут иностранные инвестиции и связанные с ними высокие технологии, а российские предприниматели выводят из страны свои капиталы. И это больно бьет по интересам населения. 

Наивно полагать, что мы сможем просто перенять шведскую модель борьбы с коррупцией. Но если сдвиг в сознании и политической культуре россиян произойдет, то изменятся наши порядки и наша жизнь. За это стоит бороться.

Фото: 1. 03.09.2020. Россия. Москва. Открытие скульптурной композиции "Император Петр I" скульптора Церетели в Москве. Михаил Терещенко/ТАСС
2. 15.07.2020. Швеция, Стокгольм. Музей Васа в Стокгольме открылся для посетителей после ослабления ограничений из-за пандемии коронавируса COVID-19. Stina Stjernkvist. TT NEWS AGENCY/EPA/TASS












РАНЕЕ В СЮЖЕТЕ
Единый день голосования в Америке. Экономно, оптимально и демократично. А в СНГ?
23 ОКТЯБРЯ 2020 // ВАЛЕНТИН МИХАЙЛОВ
3 ноября — день выборов президента США. Среди многочисленных особенностей у американских выборов есть одна, которая в России остается в тени, не вызывает вопросов и обсуждения. В этот день будет избираться не только президент! Будут переизбраны весь состав Палаты представителей, треть Сената, губернаторы в одиннадцати штатах, члены парламентов штатов в 86 из 99 верхних и нижних палат, члены верховных судов в 35 штатах, будут проведены штатные референдумы и много разнообразных местных выборов.
Можно ли жить достойнее?
18 ОКТЯБРЯ 2020 // ПЕТР ФИЛИППОВ
Речь идет не о богатстве предпринимателя, согласного дать взятку чиновнику ради своих привилегий на рынке, и не о доходах чиновника, готового оградить взяточника от конкурентов, а об уровне жизни простых россиян, повысить который можно, только блокируя такие сделки. Уровень жизни народа во все времена зависел от сложившихся в стране отношений власть имущих и простых людей.
Время выбирать
28 СЕНТЯБРЯ 2020 // ПЕТР ФИЛИППОВ
Юноше, обдумывающему житье, решающему, какую карьеру делать, советую хорошо подумать, совпадают ли его собственные представления о добре и зле со взглядами начальства. Чтобы   интересы начальства не противоречили его совести. Обращаясь к людям, наше начальство очень любит называть себя «государством». Дескать, критикуя нас, вы выступаете против «государства»! На самом деле, «государство», как его определяет толковый словарь русского языка, — это всего лишь «политическая форма организации общества». Государство — это абстракция, это добровольно-принудительное соглашение. Соглашение, к которому людей принуждают те, кто обладает силой и влиянием. Соглашение, которое остальные принимают, полагая, что принять его надо. Иначе убьют или посадят.
Белоруссия 2020 и Перу 2000
25 СЕНТЯБРЯ 2020 // ВАЛЕНТИН МИХАЙЛОВ
Страны с авторитарным режимом по своему месту на карте и культурным традициям могут быть разными, но их судьбы можно описать одними и теми же словами. Проводить параллели. ПЕРУ. Тридцать лет назад, в апреле 1990 года, в первом туре выборов президента Перу Альберто Фухимори, малоизвестный ректор аграрного университета, удивил многих. Он неожиданно занял второе место, немного уступив Марио Варгасу Льосе, самому известному писателю страны, будущему нобелевскому лауреату по литературе (2010), который в 1975-м был избран президентом международного ПЕН-клуба и которого элита страны просто обожала.
Выборы и федерализм в США. Какая связь?
14 СЕНТЯБРЯ 2020 // ВАЛЕНТИН МИХАЙЛОВ
В России есть традиция каждые четыре года высмеивать Коллегию выборщиков – существенный элемент американских выборов. Скоро придет новая волна обсуждения этой темы. Можно не сомневаться, что выскажутся десятки экспертов и мы снова услышим упреки в недемократичности американской избирательной системы. Главный недостаток критики видят в том, что кандидат, получивший большее число голосов на всеобщих выборах, может и не стать победителем. Так было всего пять раз: три раза в 19 веке и два раза в этом.
Ухабы на пути к правосудию
27 АВГУСТА 2020 // ПЕТР ФИЛИППОВ
Дайджест по публикациям СМИ Нужен ли нам справедливый суд? Независимый от президента, министров, полковников и генералов? Большинство россиян ответят: нужен! Впрочем, так скажут далеко не все. У обывателя с совковой культурой всегда теплится надежда, что судебные дрязги его минуют. Он знает, что в России распоряжение начальства важнее закона. Ему нужно, чтобы начальство к нему хорошо относилось, а без независимого суда он и так проживет. Но жизнь наша усложняется. Развитие бизнеса, рынок, глобализация вынуждают россиян уходить от современных феодальных порядков.
О тупике кланового капитализма
24 АВГУСТА 2020 // ПЕТР ФИЛИППОВ
Протесты в Хабаровске и в Беларуси свидетельствуют, что постсоветские общества переходят на новый этап своего развития. Общества атомизированные, пораженные страхом, сменяются обществами солидарными. И у этих новых обществ, похоже, иные цели. Конечно, это уже не восстановление империи СССР и не противостояние с развитыми странами Запада. Это переход к реальному народовластию, обеспечение неотъемлемых прав граждан, в том числе права на честные выборы. Это наличие независимого и справедливого суда, реальные гарантии прав собственности. И все же важнейшим для многих остается вопрос об уровне их жизни.
Аресты губернаторов и реальность нашего федерализма
17 АВГУСТА 2020 // ВАЛЕНТИН МИХАЙЛОВ
Губернатора Хабаровского края Сергея Фургала задержали  восьмого июля.  Сразу же в городе начались протесты  и продолжаются уже более месяца. За что и против чего выступают хабаровчане? Ясно, против задержания Фургала федеральными властями. Но с другой стороны, протестующие фактически защищают один из основных принципов федерализма - разделение властей между субъектами федерации и федеральным центром. 
Клановый российский капитализм. Часть 2
6 АВГУСТА 2020 // ЕЖЕДНЕВНЫЙ ЖУРНАЛ
Дайджест публикаций Леонида Косалса Кланы в современной России ведут свое происхождение с советских времен. Тогда неформальные отношения существовали на всех уровнях, снизу доверху, от заводского цеха до Политбюро. Эти многочисленные «тайные общества» были полностью закрыты для посторонних. Если «толкач» с одного завода ехал на другой, чтобы добыть дефицитный металл для простаивающего станка, то информация о том, сколько это стоило, кому именно пришлось оказать услуги или заплатить, не должна была «утекать» посторонним, так как это создавало реальную опасность попасть под пресс государства с лишением партбилета, открытием персонального или уголовного дела и другими репрессиями. Закрытые сообщества исполняли роль своего рода защитного механизма, который помогал человеку выжить в репрессивном государстве.
Клановый российский капитализм. Часть1
4 АВГУСТА 2020 // ЕЖЕДНЕВНЫЙ ЖУРНАЛ
Дайджест по публикациям Леонида Косалса   Важнейшая черта нашего общества — «клановое государство», основная функция которого — обеспечение благоприятных условий для крупнейших кланов, создание им преимуществ перед всеми другими участниками политической и экономической жизни. Кланы — это закрытые теневые группы бизнесменов, политиков, бюрократов, работников правоохранительных органов, иногда представителей организованной преступности. Они объединены деловыми интересами и неформальными отношениями. Наличие таких кланов — главное отличие России от стран с конкурентным рынком,  где главную роль играют независимые предприниматели, конкурирующие между собой.